Инженер Петра Великого 14

Декабрьская ночь, ледяной шторм бьёт в сваи Летнего дворца, будто осадное орудие, и кажется, что залив вот-вот смоет в Неву дерзкий молодой город. Но в кабинете Наместника пахнет не хвоей, а горячим жжёным воском: Алексей Петрович держит оборону за дубовым столом, превращённым в редут из папок, перевязанных пенькой, и карты западных границ, прижатой бронзовыми шандалами. Ему восемнадцать, а спина уже трещит после десяти часов над схемами — и всё равно через четверть часа придётся влезть в парадный кафтан василькового бархата, расшитый серебром, как в броню. Пока отец перекраивает в Европе политическую карту, сын тянет тыл, перегруженный налогами и войной. Из вороха мехов в углу поднимается князь-кесарь Ромодановский — вести скверные: зима встала стеной, дороги мертвы, склады в Твери и Новгороде ломятся от зерна и сукна, а купцы придерживают товар, ожидая цен повыше. Старый боярин предлагает дыбу, Алексей выбирает иное — экономическую удавку, векселя и цифры, помня правило Смирнова: террор берётся быстро, а отдаётся поколениями, и часы кувалдой не чинят. У окна гвардейцы шумят о шведе и о новой «адской машине» Смирнова. А на льду Невы уже стоят решётчатые каркасы «огненной потехи»: магний, стронций, барий — химия на службе монархии. Четырнадцатая книга цикла в исполнении Андрея Морозова.